Где сейчас Михаил Поленов? Интервью с комментатором об уходе с «Матч ТВ» и жизни в Европе
Ламповый разговор о недавнем прошлом и ближайшем будущем.
Ни один канал российского телевидения не потерял столько звезд в 2022 году, сколько потерял «Матч ТВ». В течение года комментаторы исчезали из эфиров бесшумно: об уходах никто не объявлял, а новости доходили до аудитории только благодаря инсайдерам.
Один из тех, кто дезинтегрировался с «Матча» – Михаил Поленов, который проработал на телике 17 лет. Всё началось в 2005-м, когда Поленов занял второе место на конкурсе комментаторов «НТВ Плюс» и прошел школу комнаты 8-16, а закончилось в худшем году 21-го века. 2022-й покалечил десятки тысяч судеб и карьер – и сейчас Михаил ищет себя в совершенно новом месте и в совершенно новых условиях.
Мы связались с ним, чтобы узнать, где он сейчас и как у него дела.
Мы регулярно мониторим поисковые запросы про спортивное ТВ и видим, что люди интересуются, где сейчас Михаил Поленов. Расскажи!
Удивлен, что такой вопрос вообще возник. Сейчас я живу в Нидерландах вместе с семьей. Жена получила оффер, она достаточно долго работала в компании Nike. В июне офис закрылся, сотрудников распустили, но предоставили возможность трудоустраиваться дальше. Она получила работу в амстердамской штаб-квартире Nike, поэтому мы теперь здесь. Компания не то чтобы сильно помогала с переездом. Опыт работы в Nike был скорее бонусом, который помог всему осуществиться.
Уже обустроились в Амстердаме?
Мы здесь ровно две недели (интервью состоялось 9.12.22 – Kick). Сейчас живем во временном месте, апарт-отеле, но уже нашли квартиру. Контракт подпишем на следующей неделе. Ни разу не был в Голландии, поэтому мне тут в новинку. Пока все нравится: попал в улучшенный с точки зрения климата Санкт-Петербург. Только каналов побольше.
Вообще здесь красиво, игрушечно, живут приветливые люди. Нас 10 месяцев пугали, что если ты из России, тебя в Европе не воспринимают, не разговаривают с тобой, отворачиваются, но это ерунда. Мне кажется, голландцам все равно – они понимают, что такая ситуация. Но никто не обвиняет и не предъявляет за то, что ты русский.
Сейчас там по-рождественски красиво? Ярмарки, гирлянды, украшения?
После московской иллюминации не ожидали, что в Амстердаме всё настолько скромно. Мы с женой всегда считали огромное количество огней необоснованно дорогим и ненужным удовольствием – есть масса полезных вещей, на которые можно сэкономить деньги, но все равно сделать ярко и красиво. В Голландии есть какие-то ярмарки, но не скажу, что на каждом шагу. Но это скорее голландская прагматичность, а не последствия европейского кризиса.
Можно ли тебя сейчас назвать домохозяином?
Да, я сейчас больше занимаюсь хозяйством, потому что жена получила работу, а я – нет. У нас двое детей: одному ребенку три года, другому – восемь месяцев, это очень не просто. Но это входило в стоимость билета и не стало сюрпризом – мы знали, что так получится.
Долго готовились к переезду или все произошло быстро?
Оффер пришел довольно давно – мы заранее готовились. Несколько недель разбирались с визами, документами, переводом свидетельств о рождении и браке на голландский язык. Это необходимый процесс для получения 90-дневной визы. А уже потом организация Nike подала нашу семью на право долгосрочного пребывания. Когда переезжаешь с двумя маленькими детьми и котом, нужно много чемоданов и моральных сил. Большая часть задач легла на супругу – она прекрасно справилась.
Если переехал даже кот, то представляю, насколько все было трудно!
Да, мы летели через Турцию, и получилось приключение, которое затянулось не по нашей инициативе. Чтобы перевезти животное за границу, нужно поставить чип, сделать прививку от бешенства за более чем 30 дней до вылета для выработки антител и пройти мероприятия в аэропорту. Это целый процесс – нужно к нему подготовиться и все держать в голове. Далеко не так, что кинул очки и плавки в чемодан и поехал в Турцию.
О твоем уходе с «Матч ТВ» первым рассказал Ваня Карпов – вы с ним общались на эту тему?
Удивлен, что Карп написал первым. Я общался о переезде со своим боссом Сергеем Акулининым: объяснял, что все зависит от сроков получения визы, но я их не знаю. Уволился мирно по собственному желанию, без претензий со стороны канала. О планах говорил только близким людям на «Матче»: Косте Геничу, Артему Шмелькову, Тимуру Журавелю, редактору Саше Еремиеву. С Карпом не общался и не знаю, как он узнал. Но меня не интересует утечка – просто удивился скринам из телеграма, которые скидывали родные.
Тебе на канале что-то говорили перед подписанием увольнения?
Политические разногласия с каналом, если они и были, то точно не послужили причиной для ухода. Объяснил, что предоставился шанс, которым нельзя не воспользоваться, поэтому ухожу. Ну и мне пошли навстречу – а как здесь было не пойти?
Удивился только, что «Матч» не выпустил официальное заявление по этому поводу. Дело не в том, что я хочу, чтобы обо мне говорили. А в том, что молчание породило многочисленные разговоры и вопросы. Я считал себя не вправе заявлять об уходе раньше канала, поэтому ждал шага с их стороны. А потом уже стало не до этого. Не захотели объявить – ничего страшного. Зато теперь люди прочитают этот материал и получат ответ.
Помнишь последний репортаж? Может, ты в нем зашифровал прощание со зрителем?
Ничего не зашифровывал. Последний репортаж – это, наверное, какой-то матч Кубка России в середине сентября. Все произошло буднично и без надлома. Удивительно, но сердце ни на секунду не остановилось, когда подписывал заявление. Может, это плохо, потому что там 17 лет жизни и вся моя карьера. Но с другой стороны хорошо: легко ушлось, и слава богу! Зачем страдать лишний раз?
В твиттере ты публично писал на тему событий 24 февраля – тебя ругали за это?
В тот момент еще не поступили распоряжения по этому поводу. Я перестал вести соцсети сразу после начала СВО* (использована рекомендованная формулировка Роскомнадзора – Kick). Многие скажут, что я испугался и засунул язык в одно место, но я решил, что не буду участвовать в обсуждениях событий, которые потом канал сможет использовать в своих целях.
Я не мог тут же уволиться из-за несогласия с политикой канала, потому что кормил семью. Кому-то это покажется малодушием, но мне пришлось найти способ, чтобы выйти из ситуации. Решил не вести соцсети вообще, чтобы минимизировать угрозу того, что канал от меня что-то потребует. А такие вещи, к сожалению, происходили на «Матче». И происходили не раз.
Как ты подбирал слова для общения с подписчиками и друзьями?
Твиттер я удалил сразу – наткнулся на комментарии, мне не захотелось в этом участвовать. Первый пост в инстаграме (организация запрещена в России) после 24 февраля – уже отсюда, из Нидерландов. Даже не знаю, что сказать в такой ситуации – давно закончились слова. Наверное, нужно не говорить, а делать, и это отдельная история. А что-то сказать миру или как-то реагировать… Мне кажется, все нормальные люди прекрасно меня поймут, потому что слов уже мало.
У меня бабушка и тетя похоронены в Мариуполе, мама родилась в Лисичанске. Это и моя личная трагедия. Есть друзья в Киеве. Они спрашивают: «Миша, ну как так?». Я не знаю, что ответить.
В недавнем посте про сборную Польши в своем телеграм-канале ты тегнул Антона Анисимова. Расскажи, с каким ощущением ты работал, когда в соседней студии записывалась «Есть тема!»?
Никогда не был лично знаком с Антоном. Канал – довольно большая структура, и я провел большую часть времени в мире комнаты «8-16». Когда услышал от него оскорбления в эфирах, то решил, что больше никогда не поздороваюсь за руку. Пусть существует как человек, но как коллега он перестал для меня существовать. Каждый имеет право на мнение, но если чья-то точка зрения мне омерзительна, то постараюсь этого человека не видеть, не слышать и избегать.
Программа кому-то нравится, но мне она противна. Несколько раз подкалывал ее в своем подкасте, насколько это позволяла корпоративная этика, но специально никогда не смотрел. Все знают, что Маша Орзул и Тимур Журавель отказались вести эфиры после скандала с поляками и рассуждений о нашумевшем интервью Дарьи Касаткиной и Андрея Рублева. Но у каждого собственный путь и стиль – не обязательно их разделять. Антон наверняка не согласен с моими идеалами, и это нормально.
Хотя я ждал от него последовательности. Раз Антон назвал поляков мразями и пожелал провалиться на ЧМ, то и к боснийцам должен был обратиться аналогично, потому что они тоже отказались играть с Россией. Пусть там и не отбор на ЧМ, но суть та же. Да, за непоследовательность сейчас можно предъявить любому. Но в любом случае оскорбления с его стороны были эмоциональны и просто неприемлемы.
Сергей Кривохарченко сейчас в Германии, Александр Шмурнов живет во Франции. Не было идеи создать свое европейское медиа с другими бывшими комментаторами «Матча»?
Несколько раз общался с Серегой и узнавал, как у него дела. На тот момент он был еще на пути в Германию. Пока плотного контакта нет, но, возможно, позже что-нибудь обсудим. Сейчас я беру паузу, чтобы освоиться, найти работу и устроить детей.
Жизнь запускается заново: мне почти 40 лет, и адаптироваться уже не так просто, как 20 лет назад. Пока не строю творческие планы, потому что выстраиваю быт. А дальше будет видно – идея неплохая, но надо организовывать и готовиться.
Перед интервью нашел твой текст о ЧМ в Катаре на сайте небольшого русскоязычного издания из Европы Media Loft. Это энтузиазм?
Нет, это мои первые деньги в Евросоюзе, ха-ха! Получил 75 евро. Когда мы переезжали, я много узнавал про русскоязычное комьюнити в Нидерландах. В одном чате задал вопрос про медиа – мне скинули ссылку на этот сайт. Написал туда письмо, пообщался с главным редактором и решили попробовать. Как только приехал, он предложил написать текст про ЧМ. Про ЛГБТ и права человека уже писали другие – нам нужен был материал, объединяющий общие впечатления.
Связался с коллегами, которые работают в Катаре, добавил собственные мысли. Посмотрел чуть шире: как и где ФИФА организует чемпионаты мира. Есть важный момент про наследие турниров – и это главный хайлайт текста. К сожалению, это бизнес, который не дает развитие спорту. Ни ЮАР, ни Россия не сделали шаг вперед. Сколько футболистов из ЮАР мы сейчас знаем? Я – ни одного. Стадионы, возможно, сгнили.
Это медиа для эмигрантов, говорящих на русском?
Да, медиа предназначено для тех, кто переехал, только задумывается или уже собирается это сделать. У издания есть соцсети и ютуб, где они рассказывают в том числе о европейских ценностях нам, людям с постсоветского пространства, которым не всегда просто их понять. И говорят об этих ценностях понятно, чтобы они не вызывали отторжения – это их миссия.
Они активно пытаются объяснять, какова настоящая жизнь в Европе. Существуют два мифа. Первый – здесь прекрасная сладкая жизнь, второй – Запад загнивает. И то, и другое – неправда. Пока сам не понял, где истина. Думаю, посередине.
Расскажи о твоем подкасте «Звуки футбола», который перестал выходить в сентябре. Будут ли сложности с его возобновлением из-за «Матч ТВ»? Насколько я помню, в нем использовалась айдентика канала.
Я точно возобновлю подкаст. Когда перестал записывать «Звуки футбола» на «Матче», ушел на «Рейтинг Букмекеров» и делал с ними. Я сохранил название, хотя на канале, возможно, не у всех это вызвало понимание. Но считаю, что имею право, потому что придумал проект, долгое время его делал и продюсировал практически все сам. Надеюсь вернуться под тем же названием, когда будет чуть проще с бытовой точки зрения.
Со стороны кажется, что ты тот комментатор, который не конвертирует известность в просмотры и наоборот. Ты не умеешь или не хочешь этим заниматься?
Никогда не гнался за медийной супреславой. Понимаю, что это дает, но не было большого желания. Всегда хотел достойно делать свою работу. Ну и хотелось вести свой проект. Вот почему я запустил подкаст, когда закрыли «Международную панораму».
К передаче относились по-разному, хотя у нее была своя аудитория, и мы обсуждали все чемпионаты в формате «интересный треп о футболе». В подкасте я возобновил идею разговоров о международном футболе в новой форме. Мне европейский футбол в тот момент был намного ближе, чем российский, хотя со временем пришлось подстроиться под запрос на внутренние события и менять акценты.
Поэтому всегда с интересом занимался «Звуками футбола». А про ютуб – не знаю, пока не уверен. Пусть его делают те, у кого это хорошо получается. Может, у меня просто получается плохо.
На мой взгляд, твоя репутация сложилась как раз из-за того, что ты классно делал то, что любил. Я говорю о работе на Ла Лиге в 2010-х, когда она была на виду и там играли два величайших футболиста современности. Как считаешь, если бы ты больше ассоциировался с РПЛ, твоя фан-база была бы шире?
Возможно! Хотя мне не кажется, что это сильно влияет. В нашем деле звездами становятся вне зависимости от того, какой чемпионат комментируешь. К примеру, я не знаю, с чем больше ассоциируется Нобель, с нашими или с международными матчами. Или Ден Казанский, или Костя Генич. Это не просто мелькание в телевизоре. Скорее, запоминаются репортажи, мысли, фразы.
Я никогда не ориентировался на рост аудитории, мне все равно. Поэтому у меня никогда не было рекламных коммуникаций, так как я не уверен, что моему читателю это будет полезно. Со временем это стало бы хорошим бустом, но мне никогда не была близка гонка за медийностью.
На кого из немедийных комментаторов «Матч ТВ» рекомендуешь обратить внимание?
На «Матче» работают несколько ребят, которые, к сожалению незаметны, но их приятно слушать. Это Степа Манаков, Саша Еремиев, Дима Сидоренко, Саша Пойда. Они давно работают на канале и ждут шанса. И в этом, кстати, кардинальное отличие нынешнего времени от нашего.
Мне, Казанскому, Пирожкову и другим ребятам очень повезло в свое время. Нам давали возможность ошибаться и пробовать. Не проблема, если ты обосрался в эфире. Нам говорили это прямым текстом, но это не означало конец карьеры. Наоборот, нам предлагали исправиться – ведь именно так и растут. Я не уверен, что сейчас на канале такая же ситуация.
Это и есть то, что мешает «Матчу» раскрывать новых звезд?
Конечно! Я считаю, нужно чаще доверять молодым, ну или относительно молодым, кому-то ведь уже 30 лет. Тот же Денис Качанов несколько лет работает на канале, он тоже здорово комментирует, и нужно делать это регулярной практикой. Если давать шанс, то через три месяца парни попрут, как и все перли. Помню, Юрий Альбертович Розанов говорил: «Прошло полгода – теперь тебя можно слушать».
Вот Дима Бажанов – один из моих любимых комментаторов (как я понимаю, он уже не на канале), Эльвина Керимова очень приятно слушать, он один из любимых оставшихся. Генич – классика. Правда, не всегда с ним согласен, например, его песни в эфире, особенно на испанском. Я бы никогда петь не стал, ха-ха.
С комментаторской точки зрения на «НТВ Плюс» у нас была сборная мира. До сих пор говорю «мы» про канал… Но сейчас далеко не так. Нужно пробовать, искать, не бояться ошибиться. В короткий срок за последние полтора года «Матч ТВ» потерял несколько звезд: Шмурнов, Кривохарченко, Казанский, Гутцайт, Нобель, кого-то забыл наверняка. Это все серьезные потери.
Если вспомнить, что, к сожалению, не стало Юрия Альбертовича, а до этого канал покинул Дементьев – кому-то не нравится его голос, а я с таким кайфом его слушаю. И еще Андронов, и пусть с ним спорят, вратарский гол или нет – у него все голы вратарские. Или Мельников… То становится понятно, что потери невосполнимы. Конкурс комментаторов уже не решает эту проблему. Кажется, чего там, пришел с улицы и давай работай – неужели полтора часа про футбол не поговорить? Но профессия сложная, и где искать решение, как не в недрах канала, не в тех традициях, которые мы сами же создали? Надеюсь, все изменится в лучшую сторону.
Какие у тебя сейчас приоритеты по работе в Нидерландах?
Я понял для себя, что здесь невозможно работать журналистом, каким бы ни был английский и какими бы международными ни были Нидерланды. Для работы в местных СМИ нужен голландский язык. Можно искать англоязычные каналы, которые здесь вещают, но это значит, что надо конкурировать с англичанами и американцами, для которых это родной язык. Поэтому я это отбросил.
Главная задача – освоиться. Мой приоритет – семья, а дальше посмотрим. Ближайшие полгода будут особенно сложными. Семья всегда была для меня на первом месте, и я прекрасно понимаю, что мы сейчас идем по нашему общему пути.
Чтобы найти здесь работу, надо много чего делать. Консультации по составлению резюме, прохождению интервью – это очень сложно. Первые два-три интервью получаются провальными, и ты на этом учишься. Больших шагов не делаю, потому что трудно что-то искать, сидя с двумя детьми целый день. Останусь в футболе – прекрасно. Нет – значит будет что-то другое. Как говорилось в «Москва слезам не верит», в 40 лет жизнь только начинается. Вот и проверим.
Заходим на финал через другую классику. Поэт Иосиф Бродский, который, как и ты, родился в Петербурге и уехал в эмиграцию, однажды написал строки: «Ни страны, ни погоста не хочу выбирать. На Васильевский остров я приду умирать». Про умирать не спрашиваю, но хотел бы еще вернуться назад?
Не собираюсь сжигать мосты – у меня родители остались в России, старшая дочь учится в университете в Москве, есть друзья. Я хочу, чтобы в России многие вещи изменились. Чтобы, например, не было страшно выйти на улицу, потому что оттуда можно отправиться в армию. Считаю, это большая проблема, которую многие недооценивают. Хотя я и жил как-то в этом раньше.
Может быть, вернусь, а, может, и нет. Мы приехали всего пару недель назад, поэтому не думаем о возвращении. Конечно, здесь не хватает вещей, к которым привыкли. Но отвыкнем и адаптируемся к новому, а дальше видно будет. Горизонт планирования сейчас небольшой, и мы не загадываем так далеко.
Как смотрят ЧМ-2022 на «Матч ТВ» – лучше, чем ЧМ-2018? Цифры очень противоречивые
«Стараюсь себя ограничивать». Комментатор «Матч ТВ» объяснил, почему уважает самоцензуру и не ведет соцсети
(Фото: соцсети Михаила Поленова)
